Турбийон

Двести лет назад Абрахам-Луи Бреге (Abraham-Louis Breguet), владелец мастерских по изготовлению часов, сосланный французской революцией в родной Невшатель, вскоре после возвращения на берега Сены обратился с письмом к французскому министру внутренних дел. «Гражданин министр, - писал мастер, - имею честь довести до вашего внимание новое изобретение, применимое к приборам измерения времени, которое я назвал Regulateur a Tourbillion, и настоящим испрашиваю привилегию на десятилетний срок». Дата поставленная в конце письма, 14 апреля 1801 года, стала официальным «днём рождения» турбийона (вихрь, круговорот – фр.) – одной из сложнейших часовых конструкций всех времён и народов.

Бреге, не раз изумлявший публику механическими шедеврами, в поисках путей увеличения точности часов обратил внимание на то, что смещение центра тяжести баланса приводит к ускорению или замедлению его колебаний. А значит, если часы принимают вертикальное положение (а ось баланса – горизонтальное), то они начинают либо спешить, либо отставать. Причину эту устранить невозможно из-за законов природы. Другой бы опустил руки, но не Бреге, он решил: если не устранить, так нейтрализовать! «Кто нам мешает, тот нам и поможет» подумал он и сконструировал механизм, в котором все компоненты регулятора – баланс, спираль и спуск – были установлены на изящную стальную платформу. Платформа совершала полный оборот вокруг своей оси за одну минуту. Это означало, что при неизменном положении часов все погрешности, возникшие в течение первых тридцати секунд, компенсировались в следующие полминуты. Так Бреге заставил «змею гравитации укусить собственный хвост». Производство изящного механизма турбийона всегда доверяли только наиболее одарённым часовым мастерам, поскольку изготовление вручную «клетки» из тонкой стали или титана и, главное, последующая регулировка всего устройства требует высочайшей квалификации. Это поставило турбийон в один ряд с редчайшими драгоценностями. Изобретение хитроумного Бреге, нередко в сочетании с хронографами, минутными репетирами или вечными календарями, уже два столетия привлекают истинных ценителей.

В последние годы турбийон стал поразительно популярен. Модели с различными вариантами турбийонов сегодня выпускают более двадцати фирм с мировой известностью – это Breguet, Patek Philippe, Blancpain, Cartier, Silberstein, Antonio Prezuiso, Cronoswiss, Ikepod, Franck Muller, Jaeger-LeCoultre, Ulysse Nardin, Audemars Piguet, IWC, Girard-Perregaux, Parmigiani, Zenith, Omega, Leschot, Daniel Roth, Vacheron Constantin и другие. Азиатские производители, в частности Seiko, также ведут разработки в этом направлении.

Современные технологии, применение станков с программным управлением и электроэрозионного режущего инструмента позволили добиться такого сочетании цены и качества, которые были недостижимы при традиционном изготовлении. Однако по прежнему дефицит турбийонов – распространённое явление, большинство компаний выпускает не более десяти штук в год. При этом стать владельцем заветного сокровища с окошком на циферблате, в котором бьётся загадочное механическое сердце, непросто: известные часовые фирмы придирчиво подходят к отбору клиентуры. А тот, кому всё же посчастливилось занять место в столь престижной очереди, ждёт порой не один месяц. Однако не стоит забывать, что турбийон был изобретён Бреге как дополнение к карманным часам. Они в отличие от наручных, почти всё время находятся в вертикальном положении, как бы «стоят» в специальном жилетном кармане. Поэтому в наручных часах с турбийоном точность всё же зависит от того, что их положение постоянно меняется. Но кто же, любуясь бриллиантом, вспоминает о том, что это – ближайший родственник каменного угля? Всё гениальное просто. Турбийон – классическое исключение – гениально, но не совсем просто! Красотою своей завораживает – сложностью потрясает! Чтобы предоставить Вам возможность испытать эту гамму чувств турбийон почти всегда оставляют открытым на циферблате.